Авторы

Посмотреть все
John Blase

Джон Блэйз

Джон Блэйз проповедовал более десяти лет, а затем начал писать и продавать стихи. Сегодня он работает редактором в издательстве WaterBrook & Multnomah Publishers в Колорадо Спрингс (штат Колорадо). Среди его книг: “The Jubilee: Poems” («Юбилейные стихи»), “Know When to Hold ’Em: The High Stakes Game of Fatherhood” («Высокие ставки отцовства»), “Touching Wonder: Recapturing the Awe of Christmas” («Прикосновение к чуду: Рождественское благоговение») и “All Is Grace: A Ragamuffin Memoir” («Благодать – это все: Воспоминания оборванца»). По словам самого Джона, он счастливый человек, имеющий прекрасную жену и трех детей, похожих на маму.

Статьи Джон Блэйз

Нам нужна церковь

Я первенец в семье проповедника баптистской церкви. Так что по воскресеньям вариантов у меня не было: мы отправлялись в церковь. Исключения? Ну, скажем, высокая температура. Впрочем, я любил ходить в церковь и даже несколько раз был там с температурой. Но мир изменился, и сегодня количество тех, кто регулярно посещает церковь, уже не то, что раньше. Возникает вопрос: почему? Ответов много, и они разные. Писательница Кэтлин Норрис приводит слова своего знакомого пастора. Когда его спросили: «Зачем нужно ходить в церковь?», он ответил: «Мы идем туда ради других. Мы там кому-то нужны».

Истинные поклонники

Наконец у нее появилась возможность посетить эту церковь. В самом основании фундамента она вошла в небольшую пещеру или грот. Узкое пространство было уставлено свечами, висящие лампы освещали участок пола. Вот она – четырнадцатиконечная звезда на мраморном полу. Писательница Энни Диллард находилась в Вифлеемской пещере Рождества – месте, где, согласно преданию, родился Христос. Но знаменитая пещера не произвела на нее большого впечатления. Она поняла, что Бог намного больше этого места.

Бог поет о вас

Через семнадцать месяцев после рождения первенца у нас появилась девочка. Я был вне себя от радости, но немного беспокоился, потому что кое-что знал о мальчиках, а вот насчет девочек у меня был громадный пробел. Мы назвали малышку Сара. Одной из моих привилегий было укачивать ее перед сном, чтобы жена могла отдохнуть. Я решил сопровождать укачивание колыбельной, и выбор пал на «Ты мое солнышко». Держа дочку на руках или стоя над кроваткой, я пел эту песенку и наслаждался каждой минутой. Теперь ей уже за двадцать, но я все еще называю ее Солнышком.

Что только...

Программа новостей, которую вечером по пятницам смотрит наша семья, всегда заканчивается какой-нибудь вдохновляющей историей. По сравнению с остальными новостями эта программа всегда похожа на глоток свежего воздуха. Недавно мы узнали о журналистке, которая переболела COVID-19 и решила стать донором плазмы, чтобы помочь другим в борьбе с вирусом. В то время ученые еще вели исследования на предмет эффективности антител. Но в дни, когда многие чувствовали себя беззащитными, несмотря на неприятные ощущения при заборе плазмы (через иглу), она сочла это «небольшой жертвой ради потенциальной пользы».

Милость и благодать

Величавый подсолнух стоял в центре разделительной полосы национальной автотрассы всего в паре метров от проносящихся машин. Проезжая мимо него, я подумал, как он мог тут появиться, если вокруг на километры не видно ни одного подсолнуха. Только Бог мог создать такое стойкое растение, способное вырасти на сером гравии, которым была посыпана полоса. Он стоял как ни в чем не бывало, легонько покачиваясь от ветра и приветствуя проезжающих, спешащих по своим делам людей.

Веская причина

Две женщины заняли места у прохода друг напротив друга. Полет длился два часа, и я наблюдал за ними. Было ясно, что они знакомы, а может быть, и родственницы. Младшая (около шестидесяти) то и дело доставала что-нибудь из сумки и подавала старшей (около девяноста): порезанное яблоко, мини-сэндвичи, потом салфетку и, наконец, свежую газету. Все это делалось с непередаваемой нежностью и уважением. Когда мы встали, чтобы выйти из самолета, я сказал младшей женщине: «Вы такая заботливая. Это прекрасно!». Она ответила: «Это моя лучшая подруга – моя мама».

Неспешная молитва

Элис Кахолусуна рассказывает, что жители островов Гавайи, прежде чем войти в свои храмы, долго сидят на улице, внутренне подготавливаясь. И даже войдя внутрь, они подходят к алтарю для молитвы медленно, словно украдкой. После посещения храма они снова долго сидят снаружи, «вдыхая жизнь» в свои молитвы. Миссионеры, прибыв на острова, посчитали такую молитвенную традицию очень странной. Сами они вставали, произносили несколько предложений, которые называли молитвой, говорили «аминь» – и все. Гавайцы называли такие молитвы «не имеющими дыхания».

Время с Богом

«Там, где течет река» – роман талантливого писателя Нормана Маклина. В нем рассказывается о двух мальчиках, которые жили на западе штата Монтана вместе со своим отцом, пресвитерианским служителем. В воскресенье утром Норман и его брат Пол отправлялись в церковь, где слушали проповедь отца. Вечером было еще одно богослужение, на котором отец также проповедовал. А между собраниями они гуляли вместе с ним среди холмов и ручьев. Служитель использовал это время, чтобы «восстановить душу и набраться сил для вечерней проповеди».

Божье Царство

На протяжении своей жизни моя мама занималась разными служениями, но ее постоянной страстью остается стремление приводить к Иисусу малышей. Когда речь шла о сокращении бюджета детского служения ради более «серьезных» расходов, она прилюдно выражала свое несогласие. «Я пропустила только одно лето, когда была беременна твоим братиком», – сказала мне она. Я посчитал, и получилось, что моя мама работала в церкви с детьми сорок пять лет.

Идите, не бегите

Я вижу, как она каждый день встречает рассвет. «Она» – это наша местная любительница спортивной ходьбы. Когда я отвожу детей в школу, она неизменно следует своим маршрутом по тротуару. В огромных наушниках и высоких, до колен, разноцветных гольфах, она размеренно двигает руками и ногами, при этом одна нога обязательно находится в контакте с землей. Этот вид спорта имеет важное отличие от более привычного бега. В спортивной ходьбе спортсмен намеренно ограничивает себя, сдерживает естественное желание тела переключиться на бег. Интересно, что хотя внешне этого не видно, для такой ходьбы требуется столько же сил, сосредоточенности и выносливости, как и для бега. Но все это четко контролируется.