Никогда не сдавайтесь
«Время ушло. Пришла война». Так епископ Семи Ниго из народности келико на юге Судана рассказывал о задержках с переводом Библии на его родной язык. Его церковь долго трудилась над этим переводом, однако ни одного слова из Библии на языке келико так и не было напечатано. Несколько десятков лет назад дедушка епископа Ниго дал начало проекту по переводу Библии, но война и народные волнения помешали его осуществлению. И все же, вопреки регулярным нападениям на лагеря беженцев в северной части Уганды и в Конго, епископ вместе с другими верующими продолжал работу.
Каждое утро заново
У моего брата Пола с детства были приступы эпилепсии. В подростковом возрасте состояние стало еще хуже. Ночи превратились для него и родителей в сплошной кошмар. Постоянные судороги сводили его тело часто по шесть часов подряд. Врачи не могли найти средство, которое облегчило бы симптомы и при этом позволяло ему оставаться в сознании хотя бы часть дня. Родители со слезами молились: «Боже, помоги нам!»
Уже не я
Летом 1859 года месье Шарль Блонден стал первым человеком, который прошел над Ниагарским водопадом по натянутому канату. Позже он проделал этот трюк еще сотни раз. Однажды он сделал это, неся на спине своего менеджера Гарри Колкорда. Перед тем как встать на канат, Блонден дал Колкорду указание: «Смотри вверх, Гарри... Теперь ты не Колкорд, ты – Блонден... Если я качнусь, качайся со мной. Не пытайся сам удержать равновесие. Сделаешь это – и мы оба погибнем».
Лицом к лицу со страхом
Уоррен переехал в небольшой городок, чтобы стать пастором местной церкви. Сначала его служение имело успех, но затем один из местных жителей озлобился на него. Этот человек сочинил историю, обвинив Уоррена в отвратительных поступках, и направил ее в местную газету. А еще он напечатал памфлеты со своей клеветой, чтобы разослать их жителям города по почте. Уоррен с женой начали усердно молиться. Если люди поверят лжи, их жизнь перевернется с ног на голову.
Быть человеком
«Мистер Зингерман, почему вы плачете?» – спрашивает двенадцатилетний Альберт, глядя как столяр мастерит деревянный ящик.
Никогда не одиноки
«Эта боль может быть мучительнее бездомности, голода или болезни», – писала Мэгги Фергюссон в журнале «The Economist 1843» . О чем она писала? Об одиночестве. Фергюссон обратила внимание на растущие показатели одиночества, притом независимо от общественного или экономического положения. Она также привела душераздирающие примеры того, как болезненно ощущается одиночество.
Включите свет
Мы с мужем готовились к переезду, и мне очень хотелось сохранить связь с нашими взрослыми сыновьями. Я нашла особый подарок: лампы дружбы, связанные между собой через беспроводной интернет. Я подарила эти лампы сыновьям и объяснила, что когда я дотронусь до своей, то они все загорятся. Это будет светящееся напоминание о моей любви и постоянных молитвах. Каким бы ни было расстояние, их прикосновение к лампам включит свет и в нашем доме. Конечно, мы понимали, что ничто не заменит общения лицом к лицу. Однако каждый раз, видя загорающийся свет, мы знали, что нас любят и за нас молятся. Это служило нам ободрением.
Как Христос
В детстве богослов Брюс Уэр был возмущен текстом из Первого послания Петра, который призывает нас быть такими, как Христос (1 Пет. 2:21-23). Уэр описал свои чувства в книге «Человек Христос Иисус». «Я решил, что это несправедливо. Особенно когда Петр призывает нас идти по стопам Того, Кто “не сделал никакого греха”. Полная нелепица!.. Я просто не мог понять, как Бог мог всерьез от нас такого требовать».
Немыслимые обещания
Во времена серьезных провалов и неудач мы часто думаем, что уже слишком поздно, что упустили свой шанс на жизнь, полную смысла и значимости. Так описал свои чувства Элиас, бывший заключенный тюрьмы строгого режима в Нью-Йорке: «Я лишил себя надежды на будущее... надежды на то, кем я мог бы стать».
Укрепляться благодатью
Во времена Гражданской войны в США за дезертирство грозила смертная казнь. Однако в армии северян дезертиров казнили крайне редко, поскольку главнокомандующий Авраам Линкольн почти всех их миловал. Это очень раздражало военного министра Эдвина Стэнтона, который считал, что снисходительность Линкольна способствует распространению дезертирства. Но Линкольн сочувствовал солдатам, которые утратили мужество и поддались страху в разгар битвы. За это солдаты очень любили его. Они называли его «Отцом Авраамом» и хотели служить ему еще больше.