От чего вы не можете отказаться?
«От чего вы не можете отказаться?» – задал вопрос радиоведущий. Слушатели стали звонить и отвечать. Многие упомянули семьи. Среди таких был вдовец, который не мог забыть свою умершую супругу. Другие сказали, что не могут расстаться с мечтами, такими как зарабатывать на жизнь музыкой или стать матерью. У всех нас есть что-то дорогое: человек, увлечение, предмет, – без чего мы не представляем жизни.
Больше чем вещи
«Но я не хочу ничего давать!» – возмутился мой младший сын, который не соглашался поделиться даже одним из своих бесчисленных кубиков LEGO. Его детский эгоизм не удивил меня, хотя и опечалил. Жадность свойственна малышам. Но только ли малышам? Насколько моя собственная жизнь, как и всех остальных людей, отмечена упорным нежеланием щедро и искренне отдавать?
Песня в ночи
Жизнь моего отца была полна несбывшихся желаний. Он хотел быть здоровым, но болезнь Паркинсона постепенно разрушала его тело и мозг. Он хотел покоя, но страдал от депрессии. Он хотел чувствовать себя любимым и нужным, но часто был потерянным и одиноким.
Основание для надежды
Уроки веры порой приходят неожиданно. Одному из них я научился у своего пятидесятикилограммового черного лабрадора по кличке Медведь. Его большая металлическая миска для воды стоит в углу на кухне. Когда Медведь хочет пить, а миска пуста, он не лает и не бьет по ней лапой. Он просто ложится рядом и ждет. Порой на это уходит несколько минут. Но мой пес верит, что когда я буду проходить мимо и увижу его возле миски, то обязательно налью в нее воды. Его вера в меня напоминает о моей собственной нужде больше доверять Богу.
Участь раков
Двоюродный брат пригласил меня на ловлю раков. Как можно было отказаться? Я дождаться не могла заветного дня. И вот час пробил. Для сбора добычи мне было вручено пластиковое ведро. «Без крышки?» – удивилась я. «Она не понадобится», – ответил кузен, складывая удочки и пакет с курятиной для наживки.
Иисус прямо за вами
Моя дочь собралась в школу раньше обычного и попросила меня заехать по пути в кофейню. Когда мы подъезжали, я спросил ее: «Как насчет поделиться радостью с кем-нибудь?» «Конечно», – ответила она.
Бесконечные измерения
Я неподвижно лежу на покрытом винилом мате и по команде задерживаю дыхание. Большая машина надо мной гудит и щелкает. Многие люди без проблем проходят обследование на аппарате МРТ, но у меня клаустрофобия. Поэтому мне нужно сосредоточиться на чем-то или Ком-то, намного большем, чем я.
Радушный Бог
Наша церковь собирается в здании бывшей начальной школы. Эта школа была закрыта в 1958 году из-за отказа подчиниться решению суда. Решение обязывало школу предоставить возможность для обучения афроамериканских детей. До этого там учились только выходцы с Кавказа. Через год школа вновь открылась, и Эльва, теперь член нашей церкви, была одной из чернокожих учениц, допущенных в мир белых. «Меня забрали из привычного окружения, где учителя были такими, как мы, – вспоминает Эльва, – и поместили в пугающую обстановку, где в классе был только один черный ученик». Эльва страдала из-за своих отличий, но впоследствии стала смелой, верной и прощающей женщиной.
Какой Он, Спаситель?
В прошлом году мы с друзьями молились об исцелении трех женщин, больных раком. Мы знали, что Бог может это сделать, поэтому обращались к Нему в молитве каждый день. Мы были свидетелями Его дел в прошлом и верили, что Он может творить чудеса. Были дни, когда казалось, что исцеление свершилось, и мы радовались. Но все трое к осени умерли. Некоторые сказали, что это «окончательное исцеление», и в каком-то смысле так и было. Но все равно утрата тяжело ранила нас. Мы хотели, чтобы исцеление было другим, чтобы они остались на земле! Но по неизвестным нам причинам чуда не произошло.
Альтернатива беспокойству
Законопослушный, честный гражданин получил голосовое сообщение: «Вас беспокоят из управления полиции. Пожалуйста, перезвоните по этому номеру». Бедняга очень испугался. Что он сделал не так, какой закон нарушил? Перезвонить он побоялся и последующие несколько ночей плохо спал, обдумывая возможные сценарии будущего. Из полиции больше не звонили, но понадобилось еще несколько недель, чтобы беспокойство полностью прошло.