Бог знает лучше
Беспокоясь о своей болеющей племяннице, я узнала о натуральном средстве, которому приписывали прямо-таки чудесные свойства. Однако моя сестра, хорошо знающая историю болезни дочери, опасалась, что оно может вызвать побочные эффекты. Мне хотелось поспорить, но я воздержалась. Как бы я ни переживала за племянницу, авторитет мамы, конечно, выше.
В глубине
Аббатство Сан-Фруттуозо расположилось в бухте у северо-западного побережья Италии. Сюда можно добраться только на лодке или пешком. Это «скрытое сокровище». А еще одно сокровище скрывается в водах бухты. Когда дайверы опускаются на пятнадцать метров в глубину, они видят фигуру человека. Это «Христос из бездны» – первая в мире подводная статуя, установленная в 1954 году. Бронзовая фигура изображает Иисуса Христа с воздетыми вверх руками.
Великая Божья сила
Снежная буря оборвала линии электропередачи, и наш город погрузился во тьму. Люди остались не только без света, но и без тепла при минусовой температуре. Все с нетерпением ждали, когда прибудут ремонтные бригады и восстановят электроснабжение. Позже я узнала, что церковь предоставила свою территорию для создания временного командного центра, из которого отправляли технику и электриков туда, где они требовались.
Идите и расскажите
Эллиот страстно желает рассказывать всем о Христе. Недавно он преподавал Второе послание к Тимофею служителям церквей в одной из стран Южной Азии. Эллиот рассказывал им о том, как Павел, прощаясь с Тимофеем, убеждал его не стыдиться Благой вести и быть готовым пострадать за нее (2 Тим. 1:8-9). Через несколько дней он узнал, что проповедь Евангелия в этой стране запрещена. Глубоко переживая за благополучие братьев, Эллиот молился, чтобы Господь послал им мудрость и осторожность, но также чтобы они, вопреки всему, продолжали смело и решительно провозглашать спасительную истину.
Вот это да!
«Вот это да!» – так отреагировали члены нашей команды, посетив центр отдыха, обустроенный за немалые деньги человеком, который решил проявить заботу о христианских служителях. Мы были поражены двухэтажными номерами с роскошными каминами и огромными кроватями. Изысканно обустроенные кухня и столовая тоже вызвали бурный восторг. А когда казалось, что мы уже видели все, нас ждали новые сюрпризы вроде полноразмерной крытой баскетбольной площадки. Каждое «Ого!» было вполне оправдано.
Склонность уходить
Попутчица Роберта Робинсона начала тихо напевать мелодию песни «Дух Святой, Дух благодати», а потом спросила, что он думает об этом гимне. «Я – бедный, несчастный человек, который написал его много лет назад, – вздохнул он, – и я отдал бы тысячу миров, если бы они у меня были, чтобы вернуть те чувства, которые испытывал тогда».
Обновленная надежда
Тим терялся в догадках. Его восемнадцатилетний сын стал проводить много времени в библиотеке. Молодой человек страдал аутизмом, редко разговаривал и обычно после занятий сразу возвращался домой. Что случилось? Наконец, после долгих расспросов он ответил: «Занимаюсь с Навином».
Вставай!
В подростковом возрасте я была очарована фигурным катанием. Мне нравилось в нем сочетание артистизма и спорта, быстрые вращения, высокие прыжки и грациозные позы. Когда у меня появилась возможность посещать занятия, я сразу записалась. На первом же уроке меня научили самому важному навыку для фигуриста любого уровня – быстро вставать после падения. Падать приходилось много и больно. Но я всегда прибегала к этому ключевому навыку: после падения сразу вскакивала на ноги.
Любите истину
Джек не любит школу. Уроки алгебры, физики и химии наводят на него скуку. Зато он обожает строительство. Летом отец берет его с собой на стройку, и Джек чувствует себя там как дома. Ему всего шестнадцать, но он уже знает, как работать с цементом и деревом, умеет класть кирпичи и штукатурить. В чем разница между стройкой и школой? В том, что Джек любит одно и не любит другое. Любовь стимулирует его интерес.
Любовь, достойная всего
Уильям Темпл, английский епископ XIX века, однажды закончил свою проповедь перед студентами Оксфордского университета словами гимна «Когда я поднимаю взор». Он пригласил молодых людей спеть его вместе с ним, но при этом предостерег их от легкомысленного отношения. «Если вы принимаете эти слова всем сердцем, пойте их громко, – сказал Темпл. – Если они не про вас, молчите. А если применяете их к себе отчасти, но хотите, чтобы они стали для вас важнее, пойте тихо». Собрание умолкло, все смотрели на текст гимна. Затем тысячи голосов начали тихо петь, с особенным благоговением произнеся последние строки: «Что ж за любовь Твою я дам? Господь, я Твой всецело сам».